Пикантные истории 3

pic13КОНФУЗ В ШИРИНКЕ

Дед мой в молодости озорной был, сорвиголова. Работал на скотобойне. Чего греха таить, бывало, прихватывали работяги помаленьку кое-какую продукцию и, чтобы через проходную пронести, прятали под одежду. А дед очень вымя коровье уважал. Как-то «прихватизировал» он себе этого деликатеса, повесил на пояс с крючочками, спереди в брюки спрятал, а курткой сверху прикрыл и вышел. Сел в автобус. Народу не так чтобы много, кто дремлет, кто в книжку уткнулся. Через некоторое время замечает дед, что стоящая рядом женщина то и дело на него смотрит и все глаза опускает, а сама раскраснелась, как будто на улице жара африканская, а не начало осени. Он ее взгляд перехватил, и тут она начала мямлить: «У вас, мужчина, там... это... виднеется... расстегнулось», - и еще выразительнее показывает глазами вниз.

Дед машинально рукой по штанам провел и тоже засмущался - один коровий сосок нагло торчит из ширинки, на которой не хватает пуговицы. Автобус тряхнуло, и сосок еще больше вывалился. Он попробовал его глубже запихать, но тот настойчиво выпадал наружу. Бился дед, бился и решил вопрос кардинально: достал небольшой тесачок, без которого на его работе делать нечего, и одним махом отсек настырный кусок вымени. Он-то думал, что операция пройдет незаметно, а тетка, оказывается, за его манипуляциями пристально наблюдала.

Тут она, сердечная, посерела лицом и начала медленно оседать в проходе. Дед рванулся ее поддержать и брякнул вдобавок: «Да не волнуйтесь вы так! Это чужой, мой при мне остался. И вообще, там еще целых три» От такого сообщения глаза у женщины сделались размером с блюдце. Тут как раз остановка, и она, пятясь задом, буквально выпала из автобуса. Повалилась на скамеечку, да так и осталась сидеть, тяжело дыша. «А пусть не любопытничает, - наставительно закончил дед рассказ, - видит же: у человека конфуз, чего пялится?»

 

ОСТОРОЖНО, ДВЕРИ ЗАКРЫВАЮТСЯ!

Предыстория: в Париже уличные туалеты - это такие здоровые гофрированные ларьки с пневматической дверью. После посещения дверь закрывается, и проводится автоматическая санобработка (т. е. все подряд обливается водой с какой-то дезинфекцией, там всегда очень мокро).

А теперь история: иду я по Парижу, вижу нужный мне объект и рядом с ним очередь из одного человека. Стою, жду... Тут дверца открывается и вылезает американец. Другой американец (тот, который ждал), чтобы сэкономить пару франков, говорит первому: «Держи дверь!» И заскакивает внутрь. А у «ларька» алгоритм: человек вышел - надо мыться. Дверь закрывается, санобработка начинается... Как орал этот несчастный!..

Его друг кидал франки железному чудищу, но все было напрасно - дверь не открывалась... Вокруг собралась толпа, привлеченная громкими криками и ненормативной лексикой.

Наконец экзекуция закончилась, и дверца стала плавно открываться... Смеяться в таких случаях, наверное, нехорошо, но при виде выскочившего оттуда мокрого озверевшего человека даже его друг был при смерти от хохота. А тот всем проорал, что он думает про Париж, парижан и всех присутствующих, пару раз пнул железного монстра и пошлепал по асфальту, оставляя мокрые следы...

 

«АРОМАТНАЯ» МЕСТЬ

Вот уже несколько лет мы с товарищами нанимаемся музыкантами в польский цирк. На Западе ведь стационарных арен нет, одни лишь мобильные шапито. Платят, конечно, меньше, да и работенка не ах. Ты и шатер давай устанавливай, и за зверьми иди убирай, а сама музыка вроде как про между прочим получается. И все всегда было гладко, а тут последний сезон закончился курьезным приключением.

Подписали мы в Белостоке контракт. Начали работать и даже поначалу вроде неплохие деньги получать. И вдруг словно отрезало, нет пока денег, говорит администратор, потерпите, после зарплату получите всю сразу. Между тем без денег жить-то невозможно, но и отложенные домой «баксы» на харчи переводить тоже неохота. Поэтому перешли мы на подножный корм.

Но тут серьезная заминка вышла. У этих иностранцев все учтенное и заповедное. Попробовали в пруду рыбу ловить, еще удочки забросить не успели, как полиция явилась. Сыроежки - и те собирать запрещено, лес, оказывается, частный. Ну что тут делать? Пришлось к дрессированным зверям присоседиться. Поначалу пытались у обезьян бананы с апельсинами тырить, но больно там учет строгий оказался.

Тогда решили мы у слона овощи воровать. Наложит ему смотритель морковки вперемежку с картошкой и уйдет. А мы тут как тут. Подходишь к слону и говоришь: «Заспивай, Брынька!», тот хобот задирает и трубит, ученый все-таки. И пока он мастерство свое показывает, мы быстрее овощи из корыта в пакеты перекладывать. Перебивались мы таким образом месяца три, затем застукал нас дрессировщик за этим занятием. Хозяин нас, конечно, из цирка «попросил» без расчета. Однако администратору-то деваться некуда, и он упросил нас последнее воскресенье отыграть.

Мы, разумеется, согласились и, не теряя времени, отправились в местную аптеку за пургеном. Денег не пожалели, скупили все. Там дивятся, спрашивают: зачем столько? А мы им, мол, у циркового элефанта запор, вот нас ветеринар и послал за слабительным. Те головой кивают, сочувствуют. На обратной дороге еще на базар зашли за капустой и вместе с пургеном всю ее изголодавшемуся гиганту и скормили.

И вот началось последнее представление, Брынька по программе на тумбу залезает и всякие там пируэты выделывать начинает. Вдруг видим, в самый ответственный момент номера слон в какую-то неестественную позу становится. Через мгновение до нас доносится неясный глуховатый хлопок, и из-под Брынькиного хвоста, как из брандспойта, летит в сторону ошеломленных зрителей вонючая зеленоватая жижа. Через несколько секунд сцена повторяется, и новая порция долетает чуть ли не до галерки. Тут зрители наконец опомнились и, как стадо диких гуманоидов, зеленых с головы до пят, с воплями и визгом рванули к выходу. Брынька же, напуганный шумом, резво почапал к противоположной стороне манежа, где зрители уже лежали на полу, корчась от смеха. Но когда он повернулся к ним своим «орудием», дружный смех сменился тихим ужасом. И не зря. Третий залп оказался еще более впечатляющим...

Мы, удовлетворенные местью, решили не дожидаться конца всего этого «светопреставления». Собрали инструменты и незаметно потихоньку смылись.

 

ЕСТЬ В ШТАНАХ У СОЛДАТА ЗАВЕТНОЕ МЕСТО

Как известно, у всех автомобилей, в том числе и у военных, стоп-сигналы снабжены красными стеклышками. А еще во время моей доблестной службы в германии выяснилось, что эти самые стеклышки просто изумительно подходят для оформления стильного дембелевского прикида. Короче, тырили мы эти самые стеклышки с армейских грузовиков со страшной силой. А в нашей части имелся прапорщик, отвечавший за сохранность автомобильной техники. Прекратить расхищение ему было явно не под силу, но стоп-сигнал должен был гореть красным, и прапорщик нашел выход... купить в аптеке красные презервативы и натянуть их на фары. Скрутив одну фару и сунув ее в глубокий карман, прапор отправляется в ближайшую аптеку и просит там красный презерватив. Продавщица ему выкладывает. Прапор долго его разглядывает, прикидывая что-то в уме, и, наконец, заявляет:

- Найн, самый большой размер давай.

Продавщица выдает ему другой экземпляр. Прапорщик его изучает и, наконец, выдает:

- Айн момент. Ай пробир, - я проверю, мол, и сует руку в карман...

У продавщицы глаза вылезают на лоб и она лепечет:

- Найн пробир, найн пробир...

Прапор счел за лучшее удалиться. Можно себе представить, какое у продавщицы осталось мнение об анатомии советских военных!


pic14ИСТОРИЯ СО СЧАСТЛИВЫМ КОНЦОМ

Ехал слегка поддатый мужичок в почти пустой ночной электричке. И захотелось ему сделать пи-пи. А в наших электричках (кто не знает) клозетов нетути, а которые есть - закрыты на замки. У мужичка нашего от выпитого благородство взыграло. Не буду, думает, между вагонами гадить, и в тамбуре - тоже не буду. А как же тогда?

А вот как. Дождался он остановки. И перед закрытием дверей сунул между них ботинок. Самый краешек ботинка, чтобы каплями последними его не забрызгать. И с этой же целью хозяйство свое подальше в щель образовавшуюся высунул. Стоит, балдеет как от процесса, так и от своего благородства. А поезд тем временем скорость набирает. Огни деревушки какой-то мимо летят. Качает вагон все ощутимее. А на каком-то стыке его еще и тряхнуло основательно. И тут... Правильно, ботинок из щели выскальзывает, створки двери плотоядно смыкаются, и оказывается мужик зажатым в капкане своего благородства за самое не приведи господь. А двери, хоть и оббиты изнутри резиной, давят очень сильно. Да и резину эту мягкой не назовешь. Мне один раз руку зажало, так я чуть не взвыл. А тут не сильная рука, а вон чего. Да еще и в вялом состоянии. В общем, принялся мужик на весь поезд орать. Сначала просто так, а потом зовя на помощь. Народ, понятно, напуганный криминогенной обстановкой, подальше от криков ломанул.

Но не весь. Один особенно смелый (молодой милиционер в штатском, возвращающийся домой со службы) пошел-таки посмотреть на источник шума, здраво рассудив, что так долго человека резать не могут, а когда кого-нибудь бьют, то характер криков, их, так сказать, рисунок, немного иной, нежели в данном случае. (Вот что значит профессионализм и высокое чувство моральной ответственности за судьбу ближнего). Входит милиционер в тамбур. Видит картину: лицом к двери, прижавшись к ней всем телом, стоит наш герой и самозабвенно орет. Милиционер говорит ему, мол, гражданин, прекратите безобразие. Ноль реакции. Милиционер хватает гражданина за плечо и пытается его развернуть лицом к себе, чтобы безобразие все-таки прекратить. Гражданин делает какие-то судорожные отмахивающиеся движения рукой, но лицом к милиционеру не поворачивается. Зато его вопли становятся еще громче и выше.

И в них органично вплетаются какие-то подвывающие нотки. Только минут через несколько милиционер въезжает в ситуацию (милиционер, все-таки). А въехав, делает попытку облегчить бедняге страдания и вырвать злополучную конечность из дверного плена. Кто хоть раз пробовал разжать двери в электричке, знает, насколько это безнадежное занятие. А тут еще и работать не удобно. Над мужиком - высоко, снизу - мешают его ноги, а посередине - прилипшее к дверям тело. Да и сам одуревший от боли страдалец в этом деле не помощник. Крикнув, мол, потерпи еще немного, милиционер срывает стоп-кран. Поезд резко тормозит, что приятных ощущений мужику опять-таки не добавляет. Из динамика слышится рассерженный монолог машиниста, нехорошие люди, мол, не стоит понапрасну стоп-кран дергать, и всем было лучше, если бы стоп-кран привели в исходное состояние. Милиционер несется через весь вагон к заветной кнопочке с родной надписью "Милиция" (эта кнопочка, если кто не знает, обеспечивает связь с машинистом). Нажав на нее, милиционер кратенько описывает ситуацию и просит открыть двери по правой стороне. На что машинист ему отвечает, что он прекрасно знает расположенные неподалеку дачи и дачников, причем знает он их не с лучшей стороны. Эти нехорошие люди всегда норовят в этом самом месте поезд остановить. Но сегодня не их день, так как он, машинист, на поводу у всяких разных не пойдет и будет стоять здесь хоть до утра, но двери не откроет. Милиционер кричит в переговорник, что он представитель власти и не придумал всю эту историю, что он требует... что человек страдает... На что ему отвечают, что электричку ведет Папа Римский, а сказки про зажатые в дверях члены лучше всего рассказывать своей бабушке, имеющей внука-недоумка, который с пьяных глаз ничего умнее придумать не может. И что до ближайшей станции машинист не намерен нарушать инструкции и открывать двери.

Мужик воет милиционеру, мол, хрен с ними, закрывай скорее стоп-кран, уж лучше ехать, чем без толку стоять. Милиционер через весь вагон несется закрыть стоп-кран. А надо заметить, что переговорное устройство работает только в одну сторону - в сторону машиниста. Машинист же отвечает по громкой связи. Поэтому в курсе этой истории оказался уже весь поезд. Стоп-кран закрыт, поезд опять поехал.

Машинист посылает напарника на всякий случай проверить странное сообщение. Напарник прибегает. Убеждается. Сообщает машинисту, мол, все так и есть на самом деле. Машинист отказывается верить, подозревая напарника в сговоре с шутниками или в подкупленности дачниками. Напарник прибегает обратно в кабину и предлагает недоверчивому машинисту убедиться во всем самому. Машинист идет, строя на случай ложной информации планы мести напарнику. Приходит. Убеждается. Возвращается в кабину. Связывается с диспетчерской, обрисовывает ситуацию и просит подать к ближайшей станции (на счастье мужика, достаточно большой) карету скорой помощи.

В диспетчерской не верят. Грозят машинисту страшными карами и лишением премии в случае шутки, но все-таки со станцией связываются. Там тоже во все это не очень верят, но скорую высылают.

Тем временем поезд подходит к станции. Останавливается. Двери открываются. У совершенно обессилевшего и осипшего мужика подкашиваются ноги и он падает вперед. Стукнувшись своим измятым хозяйством об асфальт платформы, мужик теряет сознание, затихает и начинает скатываться в щель между вагоном и платформой. Вовремя выскочивший из тамбура милиционер предотвращает падение на рельсы.

Тут подоспели и медики. Они грузят бренное тело на носилки и под пристальными взглядами прилипших к окнам пассажиров, уносят останки былого достоинства вместе с их несчастным обладателем.

История эта имеет счастливый конец. Операция хозяйству мужика не потребовалась, так как, помимо гематом, оно никаких серьезных повреждений не имело. Вследствие чего, все довольно скоро зажило и стало как новенькое, не потеряв ни своих размеров, ни основных и вспомогательных функций. А вот голосовые связки у мужика еще не скоро восстановились. Видимо, прав народный фольклор, утверждающий, что если оттянуть хозяйство до колен, то порвутся в первую очередь именно голосовые связки, а не какие другие.

 

ХОРОШО ОТВЕТИЛА

Приемная солидного учреждения. За столом сидит секретарша, прожженная во всех отношениях. Несколько человек дожидаются очереди на прием в один из двух высоких кабинетов. Время от времени звонит телефон и секретарша спокойно разводит всех звонящих.

Короче, идет нормальный рабочий процесс. Наконец начинается.

Звонок. «Добрый день, извините, вы не туда попали». Телефонная трубка кладется на место. Пауза.

Звонок. «Добрый день, извините, вы не туда попали», телефонная трубка кладется на место. Пауза.

Звонок. «Добрый день, извините, вы не туда попали», телефонная трубка кладется на место. Пауза.

Звонок. Пауза. Дальше следует убийственная фраза:

- Мужик, ты как с женой-то живешь?.. Все время не туда попадаешь...

Телефонная трубка кладется на место. Публика, отвернув лица от стола секретарши, кто к какой стене, давится беззвучным хохотом.

Звонки прекращаются.

 

«БАБКА, НЕ НАДО!»

Теплым подмосковным летом двое ребят, возвращаясь с дачи, спешили на электричку. Подойдя к станции и имея несколько минут в запасе, они предусмотрительно решили посетить пристанционный туалет (зеленый домик).

Как оказалось впоследствии, устами их мочевых пузырей глаголило Провидение. Увидев, что на подходе к туалету их обогнала шустрая бабка, они решили подождать своей очереди (очевидно, справить нужду в традиционном стиле, у дерева, не представлялось возможным).

И тут окрестности огласил нечеловеческий крик, дверь туалета распахнулась, и оттуда вылетела бабка с задранной юбкой и без трусов и, объятая ужасом, присела на корточки и начала креститься. Нетвердыми ногами молодые люди приблизились к бабке и боязливо так спросили:

- Что там случилось?

А она в ответ, вращая выпученными глазами и севшим голосом:

- ДЬЯВОЛ ТАМ СИДИТ! СКАЗАЛ МНЕ: «БАБКА, НЕ НАДО!»

Вытянув шеи, тоже чувствуя себя на грани обморока, ребята приблизились к домику, дверь которого была теперь настежь раскрыта, и услышали гулкое:

- Помогите! Бабка, позови кого-нибудь!

И тут они поняли, что в дырку туалета провалился какой-то мужик и зовет на помощь. Сняв ремни со штанов, они таки выудили из вонючей жижи «дьявола», при этом, совершая акт спасения, сами изрядно испачкались в дерьме.

Затем вся ароматная компания направилась к колонке мыться. Особенно страшно, конечно, было смотреть на счастливчика, чуть не утопшего в фекалиях, но вовремя спасенного самоотверженными героями.

Потом, приняв мокрый, но человеческий вид, мужик рассказал им, что он приехал в Подмосковье в командировку, и, оказавшись на этой станции, решил сходить в туалет. Снял штаны, справил большую нужду, надел штаны и тут с ужасом осознал, что и паспорт, и командировочное удостоверение (все лежало в заднем кармане штанов), все екнулось в яму, когда он снимал штаны.

Заглянув в вонючую дыру, он действительно увидел паспорт, плавающий на поверхности, и ему показалось, что яма достаточно полная и если он наклонится и вытянет руку, то сможет до него дотянуться.

И совершил роковую ошибку - вытянул руку слишком далеко, ноги заскользили, потерял равновесие - и рыбкой нырнул в дерьмо.

Чудом умудрившись перевернуться и вынырнуть, он заметил над головой балку, за которую и держался все это время, ожидая спасителя. Спаситель же явился в образе бабки, да еще с поносом. И это ей он потом кричал: «Бабка, не надо!».

Категория: Хороший юмор.

Печать