Загадка Шекспира. Часть 5

image024Но почему же в шекспировских пьесах полностью отсутствует Рим? Неужели в своем итальянском путешествии он не заинтересовался Вечным городом? Причина быстро отыскалась. Оказалось, что в это время папские власти арестовали несколько англичан-протестантов, обвинив их в шпионаже, и граф не решился туда ехать.

В конце 1596 года Рэтленд из Венеции через Падую и Милан едет в Швейцарию, где знакомится с Гаспаром Вазером, филологом и полиглотом. Их переписка сохранилась. Вот почему Пороховщиков сумел доказать, что найденная им в замке Бельвуар рукопись песни из «Двенадцатой ночи» написана рукой графа Рэтленда.

Далее через Марсель и Лион в феврале 1597 года Рэтленд прибывает в Париж, а оттуда в июле спешит в Лондон. В это время шла затяжная война с Испанией, и граф хотел принять участие в морской экспедиции графа Эссекса к Азорским островам, где было намечено нанести удар по главным силам испанцев. Вместе с Рэтлендом в поход отправились граф Саутгемптон и поэт Джон Донн. Корабли попали в такую страшную бурю, что едва добрались домой. Эта буря была впоследствии описана в пьесе «Буря».

В 1598–1599 годах падчерица Эссекса Елизавета Сидни стала часто появляться рядом с графом Рэтлендом. Елизавета была воспитана не только матерью, но и теткой – поэтессой Мэри Сидни-Пембрук. Девушка, выросшая в атмосфере поэзии, отказавшая многим претендентам, остановила свой выбор на «падуанском студенте». Однако он пока не спешил жениться.

В марте 1599 года вместе с графами Эссексом и Саутгемптоном он отправился в Ирландию на подавление мятежа. Его покровитель Эссекс сделал Рэтленда полковником пехоты. Граф успел принять участие в одном сражении, за что был возведен в рыцарское достоинство.

Вскоре королева Елизавета потребовала возвращения Рэтленда в Англию. Вернулся он совершенно больным – болели суставы ног. Врач отправил его лечиться на горячие источники в местечко Бат, являющееся курортом и в наши дни. Эти источники были воспеты Шекспиром в сонетах 153-м и 154-м.

Вода потока стала горячей,

Она лечила многие недуги.

И я ходил купаться в тот ручей,

Чтоб излечиться от любви к подруге.

Однако поход Эссекса в Ирландию в целом был неудачным. Эссексу пришлось заключить мир с мятежниками. Королева была разгневана. Оставив армию, Эссекс примчался в Лондон для объяснений, но королева не стала его слушать и посадила под домашний арест.

image026В это время ее главными советниками стали графы Сесил и Рели, соперники Эссекса. Опальный граф решил свергнуть недругов и для этого попытался поднять народное восстание. К нему примкнули старые друзья Саутгемптон и Рэтленд.

Поднять лондонцев на бунт графу не удалось. Заговорщики были арестованы и отданы под суд. Обвинителем был Френсис Бекон. Он потребовал смертной казни для Эссекса. Королева, у которой к тому времени появились другие фавориты, не помиловала бывшего друга – Эссексу отрубили голову. Саутгемптон угодил в Тауэр, а Рэтленд был приговорен к разорительному штрафу и сослан в свое поместье. Время ссылки Рэтленда совпадает с резким переломом в творчестве Шекспира. Вместо беззаботного смеха появляется трагическое восприятие мира, что отразилось в его лучших драмах, а также в замечательном 66-м сонете.

Зову я смерть. Мне видеть невтерпеж

Достоинство, что просит подаянья,

Над простотой глумящуюся ложь,

Ничтожество в роскошном одеянье,

И совершенству ложный приговор,

И девственность, поруганную грубо,

И неуместной почести позор,

И мощь в плену у немощи беззубой,

И прямоту, что глупостью слывет,

И глупость в маске мудреца, пророка,

И вдохновения зажатый рот,

И праведность на службе у порока.

Все мерзостно, что вижу я вокруг,

Но как тебя покинуть, милый друг!

(Перевод С. Маршака)

В 1602 году была опубликована «Трагическая история Гамлета, принца Датского», а в 1603 году умерла королева Елизавета, и воцарился король Яков I. Через десять дней после коронации он приказал лорду-хранителю печати выдать «слугам его Величества» актерам специальный патент, дающий им право заниматься своим искусством «для нашего увеселения и блага». В патенте были перечислены фамилии актеров, в том числе значился и Уильям Шекспир. Так как этим человеком не мог быть граф Рэтленд, значит, это был Шакспер. Через него в театр «Глобус», видимо, и попадали пьесы графа.

Король Яков выпустил Саутгемптона из тюрьмы, а Рэтленда не только освободил от штрафа, но и пожаловал Почетным смотрителем королевского парка и Шервудского леса. В камеру Саутгемптона в Тауэре поместили Уолтера Рели, недавнего советника королевы Елизаветы.

Смерть королевы Елизаветы была оплакана всеми придворными поэтами. Только Уильям Потрясающий Копьем по понятным причинам сохранил молчание.

Вскоре король посылает Рэтленда в Данию поздравить датского короля Христиана с рождением сына. Посланец был принят в замке Эльсинор.

По возвращении из Дании в 1604 году появилось новое издание «Гамлета», расширенное почти в два раза. Изменились многие имена и трактовки образов, но, главное, появился датский колорит. Интересна такая деталь: как известно, во время объяснения Гамлета с матерью Полоний прячется за висящим ковром. Гамлет показывает на портреты своего отца и дяди:

«Это твой муж! Теперь смотри, что идет после него.

Вот это – теперешний твой муж!»

Портреты были нарисованы на огромном шелковом ковре, свисающем с потолка. С каждым новым воцарением на этом ковре прибавлялся новый портрет – и в XIX веке их было уже около ста. Ковер частично сохранился до наших дней. Оказывается, Рэтленд видел этот ковер, что и отразил в дополненном издании «Гамлета».

А что же нам известно о жене графа Рэтленда Елизавете?

Дочь поэта Филипа Сидни, при жизни называемого Фениксом, родилась в 1585 году. Ее крестила сама королева Елизавета, возможно, и имя девочке дано отцом в честь королевы. Филип Сидни умер от ран, полученных в одном из сражений. Его вдова, которой было только двадцать два года, вышла замуж за графа Эссекса. Воспитание девочки Елизаветы поручили ее тетке, Мэри Сидни графине Пембрук.

 


image028Юная девушка, как и ее отец, стала рано писать стихи, хотя мы не знаем ни одной строчки, подписанной ее рукой. Поэт Бен Джонсон рассказывал, а его рассказ был записан, что «графиня Рэтленд нисколько не уступала своему отцу сэру Филипу Сидни в искусстве поэзии». В ней видели продолжение дела отца – восставшего из пепла нового Феникса.

Вот где отыскались корни честеровской аллегории, вот почему в акростихах о Фениксе местоимение «он» иногда переходит в «она». Речь идет то об отце, то о дочери и оба скрыты под именем «Феникс».

Елизавета Сидни вышла замуж за графа Рэтленда в самую трудную пору его жизни – в то время, когда он был сослан в свое поместье и приговорен к штрафу в 30 тысяч фунтов стерлингов. Долгое время их брак для всех казался счастливым. Они любили театр, литературу, оба писали стихи, словом, жили единым духом.

Но наследников не появлялось. Распространились слухи, что в своем замужестве Елизавета остается непорочной девой. Характер их отношений постепенно перестал быть тайной сначала для друзей, а потом и для всех окружающих. Это порождало кривотолки, что, естественно, омрачало жизнь графа Рэтленда. Природа молодой женщины требовала свое, и, судя по содержанию некоторых сонетов, о которых речь впереди, она изменила мужу с его другом, графом Саутгептоном.

 

image030По-видимому, эта связь была недолгой. Муж, понимая сложность ситуации, отнесся к этому достаточно терпимо. Жена продолжала любить супруга, здоровье которого явно ухудшалось. К заболеванию суставов ног прибавились спазмы сосудов головного мозга и время от времени он терял речь.

В 1611 году граф Рэтленд составил завещание, в котором распределил имущество, земли и деньги родным и слугам. Преемником графского титула должен был стать его брат. Завещание выглядит странным, так как в нем ни словом не упоминается жена графа. Это произошло по необычной причине – любящие супруги приняли решение вместе уйти из жизни.

Об этом говорит в своей поэме Честер: Феникс покидает этот мир вслед за Голубем не случайно – они заранее условились об этом.

Скончался Роджер Мэннерс, 5-й граф Рэтленд, 26 июня 1612 года в Кембридже в возрасте тридцати пяти лет. Его тело было набальзамировано, но в родной Бельвуар доставлено только 20 июля. Гроб, не раскрывая для прощания родных, похоронили в фамильной усыпальнице Боттесфорд. Судя по поэме Честера, графиня Рэтленд была у постели умирающего Голубя до последней минуты. Однако на похоронах она почему-то не присутствовала.

О смерти самой Феникс, которой было только двадцать семь лет, мы узнаем из письма Джона Чемберлена от 11 августа 1612 года: «Вдова графиня Рэтленд умерла десять дней назад (то есть 1 августа) и тайно похоронена в храме Святого Павла рядом со своим отцом Филипом Сидни. Говорят, что сэр Уолтер Рели дал ей какие-то таблетки, которые умертвили ее». Елизавету захоронили ночью в могилу отца, первого поэтического Феникса Англии. Это произошло в присутствии нескольких друзей, посвященных в тайну смерти супругов.

Получается, что Голубь и Феникс, составляющие поэтическое единство при жизни, после смерти оказались разобщены.

Но почему же в Боттесфордской усыпальнице на надгробном памятнике высечены две фигуры? Граф Рэтленд и Елизавета возлежат рядом с молитвенно сложенными руками. В приходской церковной книге запись о погребении Елизаветы отсутствует. Иначе говоря, это еще одна мистификация – под памятником Елизаветы Сидни ее останки никогда не покоились. Как все это понять? Как связать воедино странные обстоятельства жизни и смерти таинственных Феникса и Голубя?

Только теперь, после тщательного анализа честеровского сборника и сопоставления документальных свидетельств, можно восстановить цепочку событий, произошедших после смерти графа.

В замок Бельвуар в закрытом гробу доставили тело другого человека. Жена не могла присутствовать на похоронах, так как в это время она везла тело покойного мужа из Кембриджа в Лондон. После погребения тела в «Убежище Феникса», находящемся под плитами собора Святого Павла, десять дней уходит на хлопоты по приготовлению к собственной смерти. Елизавете нужно было добыть яд и подготовить нескольких посвященных друзей к тайному обряду собственного захоронения. Только после этого Елизавета Сидни, уже вдова графа, позволила себе уйти из жизни.

image032Таким образом, можно предполагать, что в «Убежище Фениксов» были погребены три тела – поэта Филипа Сидни, его дочери Елизаветы и Роджера Мэннерса, 5-го графа Рэтленда.

Но зачем же «предполагать?» Разве нельзя это проверить? Увы, нельзя, так как Великий лондонский пожар 1666 года уничтожил бывший тогда деревянным собор Святого Павла. Теперь мы видим уже совсем другое сооружение.

Почему же так тщательно скрывали тайну посвященные в нее?

Их связывала не только данная супругам клятва, но и страх – за участие в тайном погребении, то есть за нарушение всех установленных традицией правил, фактически за обман общества при захоронении придворных особ, участники этого сговора могли быть подвергнуты королевскому суду.

Молодой поэт, явно не входивший в число посвященных, Френсис Бомонт, через три дня после смерти Елизаветы Сидни написал элегию, в которой с болью говорит: «Я не могу спать, не могу есть и пить, я могу лишь рыдать, вспоминая ее». Далее он скорбит, что ее жизнь началась с утраты великого отца, что замужество было для нее лишь видимостью, ибо жила она, как обрученная дева.

В 1616 году Джексон выпустил сборник стихов, в котором есть «Послание к Елизавете, графине Рэтленд». В стихотворении он восхваляет ее отца, но когда переходит к ее храброму другу, тоже возлюбившему искусство поэзии (то есть к мужу), то вдруг странным образом стихотворение обрывает с пометкой – «окончание утеряно».

Как утеряно? Он что, не мог дописать собственные стихи? Это окончание было обнаружено только в XX веке. Оно состоит из семи строк, в которых говорится о какой-то «зловещей клятве», данной графу Рэтленду.

Какую клятву дали поэты, друзья графа? О том, что он был импотент и не мог выполнять супружеские обязанности? Но какое это могло иметь значение через четыре года после их смерти? Теперь мы знаем, что причиной клятвы круга посвященных в тайну смерти супругов были куда более серьезные основания.

Через семь месяцев наследник графа Роджера, его брат Френсис, вызвал к себе Шакспера, вручил деньги за пресловутую «импрессу» и посоветовал ему убраться из Лондона. Шакспер вынужден был бросить актерскую труппу и навсегда возвратиться в Стратфорд.

Со смертью графа закончилось и шекспировское творчество. Стратфордскому обывателю Уильяму Шаксперу, продавшему свое имя сиятельному аристократу ради сохранения его творческого инкогнито, оставалось жить еще десять лет.

В 1623 году «владетели» пьес и стихов Шекспира решили позаботиться об увековечении памяти Великого Барда – в Стратфордской церкви на деньги брата графа Рэтленда был сооружен памятник, и чуть позже вышло в свет «Великое фолио» – роскошный том, в котором были напечатаны тридцать шесть пьес Шекспира, из которых двадцать прежде не публиковались.

Тут же поэт Джонсон поместил оду Великому Барду:

«Ликуй, Британия! Ты можешь гордиться тем, кому все театры Европы должны воздать честь.

Он принадлежит не только своему веку, но всем временам! ...Шекспир...

Я признаю, что ни человек, ни даже сами Музы не могут впасть в преувеличение, восхваляя написанное тобой.

Это истина, с ней согласны все».

Категория: Статья "Загадка Шекспира" Юрия Зверева.

Печать

Яндекс.Метрика