навигатор

Творчество моих друзей

- А откуда такое имя: Эльдар?

- В 20-е годы детей называли красиво и символично. Никто не хотел Колю или Васю, зато было много Виленов. Замечательного режиссера Таланкина зовут Индустрием Васильевичем, Нонну Мордюкову - Ноябриной Викторовной. Эльрад Пархомовский -это «электричество» плюс «радио», Мэлор Стуруа - Маркс, Энгельс, Ленин и Октябрьская революция. А меня назвали простым тюркским именем. Это экзотическое имя в сочетании с фамилией, которая пахнет курной избой, очень помогло мне в начале карьеры: люди это сразу запоминали.

- Эльдар Александрович, Вы с детства мечтали стать режиссером?

- В детстве я зачитывался приключенческими романами и хотел быть писателем. А чтобы постичь жизнь, хотел пошататься по свету. После окончания школы отправил письмо в Одесское мореходное училище. Но, не дождавшись ответа, на пару с другом сдал экзамены во ВГИК на режиссерский факультет. Я случайно поступил во ВГИК, случайно перешел на «Мосфильм», практически случайно снял фильм «Карнавальная ночь», который сделал меня популярным. Сейчас я могу сказать, что родился для того, чтобы снимать кино. И то, что я нашел себя и занимаюсь всю жизнь любимым делом - это самый большой и неожиданный подарок судьбы. Я счастлив, что у меня такая интересная профессия. В ней только технологии похожие, но каждый раз ты будто погружаешься в новый мир. Когда делаешь «Жестокий романс», то окунаешься в середину 19 века. Завтра ты делаешь «Вокзал для двоих» - и живешь среди железнодорожников, суеты вокзалов, среди случайной, но большой любви, которая случилась с героями. В общем, скучать не приходится.

- Говорят, что Вы были самым юным студентом ВГИКа?

- Во ВГИК поступил в шестнадцать лет. И действительно был самим молодым на курсе, который вел Григорий Михайлович Козинцев. На втором курсе он мне сказал: «Знаете, дорогой, нам придется с вами расстаться». Я спросил: «Почему?» - «Вы слишком молоды». Меня, наверное, спас отчаянный крик: «Григорий Михайлович, вы могли заметить это два года назад!» На что тот ответил: «Да, вы правы. Ну, черт с вами, учитесь». После выхода фильма «Карнавальная ночь» получил от него письмо, где было написано, что я - любимый режиссер его семьи. Зато Эйзенштейн сразу поверил в меня. Он брал меня с собой в книжные магазины, дарил свои книги. Я часто приезжал к нему домой, на дачу. В 1950 году меня распределили на Центральную студию документальных фильмов. Затем перешел на «Мосфильм», где нашел то дело, ради которого учился.

- Как Вы настраиваете актеров на работу?

- Создаю вокруг них атмосферу обожания. Хочу, чтобы они почувствовали, что им многое позволено. Актеры это очень ценят. Стыжусь, что на съемках у меня бывают приступы бешенства. Помню, на съемках фильма «Гараж» одна сцена не давалась как в сценарии, а тут еще за декорацией кто-то громко разговаривал, смеялся. Когда я бежал туда, то сшиб декорацию и несколько фонарей. Очень сильно накричал тогда, а на следующий день - температура сорок. Помню, как Жорка Бурков в перерыве съемок выпил с коллегами, я, учуяв это, схватил его за грудки и, держа в воздухе, орал на Жору, а на следующий день снова температура. Я очень переживаю свои «взрывы».

- Ваш девиз?

- Как сказал Марк Твен: «Лучше быть молодым щенком, чем старой райской птицей».

- Несмотря на то, что сказки Ханса-Кристиана Андерсена популярны у нас, мы мало о нем знаем. С каким материалом Вы работали?

- Есть много исследовательской литературы по Андерсену - и нашей, и датской. Но опирались мы, в основном, на его автобиографию, она называется «Сказка моей жизни». Разумеется, там тоже далеко не все правда, и свое название эта книга вполне оправдывает - по крайней мере, события его жизни там довольно сильно сглажены. Он ведь был доб-рый человек и не хотел никого слишком уж огорчать своими откровениями. И потому деликатно опускал наиболее «сильные» моменты. Объясню на примере одного эпизода из нашего фильма. Надо вам сказать, что маленький Ганс Христиан замечательно пел, у него был высокий чистый голос, как у Робертино Лоретти. Так вот, однажды бабушка привела его на ткацкую фабрику, и он там начал петь. Ткачи были в восторге, а потом какой-то хмырь сказал: смотрите-ка, это же девочка! И дальше, по-видимому, произошла безобразная сцена, о которой Андерсен говорит подозрительно сдержанно: эти доб-рые ткачи, мол, почему-то стали меня обижать, приставать ко мне. Мы хорошо подумали над тем, о чем великий сказочник решил умолчать, и сочинили сцену, где эта толпа стягивает с мальчика штаны. Честно говоря, сильная сцена получилась - и притом она из его автобиографии. Одна из самых трагических историй жизни Андерсена: его угораздило влюбиться в лучшую певицу XIX века, колоратурное сопрано Йенни Линд. У нее была невероятная всемирная слава, ее называли «шведским соловьем», она была молода, красива, на 15 лет моложе Андерсена. И отказала ему. Потому что гастролирующая по всему миру оперная дива и нищий литератор-филантроп, который неистово верит в Бога, искусство и прочие романтические идеалы, да к тому же еще и сочиняет какие-то странные фантастические истории, -  это, конечно, превосходный сюжет для новой сказки. Но не для жизни. Как известно, Андерсен вообще умер девственником...

- А это обстоятельство имеет значение для вашей концепции его судьбы?

- Понятно, что все сказки он писал на самом деле про себя. И в этих сказках брал реванш у жизни. Там ему все удавалось, там было все: слава, любовь женщин, богатство, покой, комфорт... Он ведь знал очень трудное, полуголодное детство и очень трудный путь наверх. Он слишком долго был несчастным, его слишком долго совсем не принимали как писателя, и ему пришлось пережить очень много горестей и страданий, прежде чем стать знаменитым. К тому же его истинное призвание было скрыто даже от него самого. Андерсен был уверен, что он драматург, настоящий «взрослый» романист, а оказалось -  сказочник. А ведь детская литература тогда еще вообще не почиталась за серьезное творчество. Также сохранились воспоминания современников об Андерсене, экспонаты в музеях и так далее. Меня потряс один экспонат в музее Андерсена в Оденсе -  там за стеклом хранится вставная челюсть писателя. Насколько разные менталитеты у нас и у датчан! Вы можете представить в русском музее, к примеру, вставную челюсть Пушкина, или Достоевского?.. И веревка, которую он брал с собой в путешествия. Это тоже часть правды -  оказалось, что он возил ее с собой на тот случай, если в доме случится пожар, тогда бы он выбрался из окна с помощью этой веревки.

И почти все действующие лица картины существовали в на самом деле: сумасшедший дед Андерсена, сестра-проститутка, мать, тоже имевшая проблемы с психикой, бабушка...

- Как случилось, что Андерсен вдруг стал черствым и жадным?

- Он действительно был достаточно жадным, к тому же любил пожить за чужой счет -  практически профессиональный нахлебник и приживала. Жизнь его была достаточно тяжелой, он перенес много трудностей и лишений. Его приглашали пожить из жалости и он привык. Но, даже уже в зрелом возрасте, когда деньги у него уже были, он мог бы купить или построить дом, но он не сделал этого -  последние несколько лет он прожил в доме супругов Мельхиоров, которые его очень любили. В этом доме он и умер...

- В картине есть несколько достаточно откровенных сцен. Не предполагается, что его будут смотреть дети?

- Незадолго до его смерти скульптор показал Андерсену проект памятника. Писатель сидел с книгой в руках, окруженный детьми, и читал сказки. «Вы что, с ума сошли, - возмутился классик, - причем тут дети? Я писал для всех возрастов!» В итоге детей убрали. Это фильм не для детей. Я -  не детский кинорежиссер, и это фильм для всех.

- Параллельно с «Андерсеном» Вы сняли еще и «Карнавальную ночь-2».

- Это получилось случайно. Как-то в разговоре с Константином Эрнстом я упомянул, что в декабре 2006 года полвека «Карнавальной ночи». Он сказал: «Это дело надо отметить, давайте мы вам построим декорацию». И эта фраза во мне засела, я подумал: может, сделать продолжение? Я никогда ни римейков, ни сиквелов не делал: дважды в одну воду не вхожу. Но прошло 50 лет, вода уже другая, значительно более грязная. Берега были социалистические -  стали капиталистическими. И предложение мне показалось интересным. Но до Нового года оставалось только три месяца. А надо было написать сценарий, найти артистов, сделать номера и снять. Это был сумасшедший дом: работали без выходных. Я спал по три часа: валился в двенадцать, в три утра просыпался и начинал думать, что и как снимать. Съемки по 14-15 часов каждый день! Только очень самонадеянный авантюрист мог на такое пойти. Но у меня появился азарт.

- У Вас нет ностальгии по прошлому?

- Я отношусь к стране, в которой прожил большую часть своей жизни со смешанным чувством -  с чувством, которое вы испытываете, глядя на то, как ваша теща на вашей машине летит в пропасть. У меня с СССР связано очень много хорошего: я был молод, влюбчив и, наверное, сделал в эту эпоху лучшие свои картины. Но при этом меня «мурыжили», мои картины запрещали и почти из каждого фильма «выдирали» какие-то эпизоды. Я не любил коммунистов и ненавидел этот строй. Поэтому ностальгия, которую я испытываю, довольно странная. Мне грустно, когда я смотрю Олимпиаду, болею за украинца или казаха и понимаю -  они уже «не наши». Но, тем не менее, когда тот же казах или, скажем, грузин «берет» золото, для меня это все равно «наша победа»! Во мне это неистребимо: мы с этим росли и впитывали это в плоть и кровь. Я думаю, что у молодых подобных чувств нет, они в другой стране росли, а те, кому за сорок, -  все родом из Советского Союза. На мой взгляд, что бы сейчас ни происходило, скажем, с Грузией или с Белоруссией на высоком правительственном уровне, все равно русские любят грузин, а грузины -  русских. Я знаю много тому примеров, и, мне кажется, так будет всегда.

- Говорят, что труднее всего заставить зрителя смеяться, а Вам это великолепно удается ужe мнoгo лeт. В чем Ваш секрет?

- Наверное, для того, чтобы получился очень смешной фильм, надо его очень серьезно поставить. И чтобы актеры не валяли дурака, а играли все всерьез и взаправду. Toгдa получится смешно. Это я по опыту знаю.

- Расскажите про Ваше увлечение бильярдом.

- Бильярдный стол у меня появился, когда мне было лет 11. Его купила мне мама. Он был с железными шарами и размером примерно метра на полметра. Этот бильярдный стол я освоил так, что если разбивал первый, то забивал восемь шаров подряд. Но так длилось недолго. Наступили тяжелые военные годы.

В 1955-56 годах я оказался в Доме отдыха, где стоял большой бильярдный стол. Там среди кинематографистов были хорошие игроки. Например, знаменитый Борис Барнет, режиссер старшего поколения.

Потом я купил себе бильярдный стол и установил его на даче. Моим партнером был Зиновий Гердт, который жил по соседству. И еще приезжал Григорий Горин...

Порой случается со мной, когда шары летят в лузы налево и направо. Это я называю «бешенством кладки». Понять это невозможно и процесс этот неуправляемый.

У меня есть одно качество: я тайный, порочный азартный игрок. Если я играю даже на три рубля, то обязательно проиграю. А мне всегда хочется выиграть. Совсем другое дело, когда я играю безо всякого «интереса». Тогда я свободен, раскован и чаще выигрываю.

Азар Мехтиев

Яндекс.Метрика