навигатор

Творчество моих друзей

Народная артистка России Ольга Аросева играет в Московском театре сатиры. Однако всенародную популярность ей принесло кино: «Берегись автомобиля», «Старики-разбойники», «Трембита», «Интервенция» - эти фильмы вошли в золотой фонд Советского кинематографа. И, конечно же, телевизионный «Кабачок 13 стульев», который имел огромную популярность.

- Ольга Александровна, правда, что при рождении вас назвали Варварой?

- Когда я родилась, папа назвал меня Варварой, но мама потребовала изменить имя. Так, пробыв всего три дня Варей, я стала Ольгой. Поскольку отец был дипломатическим работником, мое раннее детство прошло за границей. Первый год своей жизни я провела в Париже, где отец работал первым секретарем посольства. Потом папа был послом в Швеции. Когда отца назначили послом в Чехословакию, я была уже более взрослой и очень хорошо помню жизнь в Праге. Мы жили в очень красивом особняке - вилла Терезы, который существует и сейчас. Когда я бываю в Чехии всегда захожу в этот особняк. Меня очень приветливо принимают сегодняшние хозяева, и я беспрепятственно брожу по комнатам, в общем, тону в воспоминаниях. Там есть скульптура святой Терезы, которая когда-то пострадала от моих детских игр. Мы играли в индейцев, и я попала камнем прямо по носу этой скульптуре, в итоге кусочек носа откололся. В свой первый приезд я решила посмотреть: сохранился ли тот дефект у скульптуры, и обнаружила его.

- А вы встречались со Сталиным?

- Встреча произошла на авиационном параде в Тушине, куда отец взял нас с сестрой. Я сразу узнала Ворошилова, Кагановича. За спинами взрослых мне не было видно, что происходило на поле, и вдруг слышу голос с сильным кавказским акцентом: «Что же это вы такие большие встали и не даете маленьким девочкам посмотреть? Это дочки Аросева?» Люди расступились, а к нам подошел невысокий мужчина в солдатской шинели и фуражке - это и был Сталин. Он взял меня и сестру за руки и провел в первый ряд. Сталин много шутил с нами, потом подарил мне букет цветов, который ему вручила парашютистка.

Узнав, что я родилась 21 декабря, сказал, что у нас с ним день рождения в один день, и предложил отпраздновать вместе. Самое смешное в том, что я не забыла о его приглашении, и, когда наступило 21 декабря, ничего не сказав отцу, купила красивый цветок в горшке, красиво его упаковала и отправилась в Кремль. У ворот меня, естественно, остановила охрана и на мои объяснения, что я пришла к Иосифу Виссарионовичу, страшно переполошилась, стали обыскивать меня, разорвали сверток. Увидев цветок и узнав, кто я, охрана куда-то позвонила. Потом с улыбкой мне объяснили, что товарищ Сталин очень занят и не может встретиться со мной, но подарок они ему передадут. Когда погиб отец, его смерти ни Сталину, ни Жданову я не простила. Я ведь папина дочка. Даже характер унаследовала - твердый. После двух девочек отец мечтал о сыне, но родилась я. Вот и воспитывал в мужском духе.

- В одном из интервью вы рассказали, что ваш отец дружил с Молотовым, почему он его не защитил от репрессий?

- Вяча, как звали в детстве Вячеслава Молотова, был закадычным другом детства моего отца. Все годы учебы в казанском реальном училище Молотов прожил в семье моих дедушки и бабушки. Они с отцом и сидели за одной партой. И вместе организовали в Казани первую ячейку РСДРП из четверых мальчиков-подростков. В классе, на уроке, их обоих и арестовали. Начались ссылки, побеги, для отца - долгие годы эмиграции. Помню, когда мы с папой приезжали в гости на дачу Молотова, нас всегда встречала его жена Полина Жемчужина. А из-за спины матери выглядывало робкое, улыбающееся лицо дочери Светланы, с которой я дружила до ранней ее смерти. В детстве Светлану всегда обижали внуки жившего по соседству Калинина. Дождавшись моего очередного приезда, она тихо на них жаловалась. Я немедленно отправлялась к зеленому забору и вызывала: «А ну, Калиныши, выходите драться!» И всегда их побивала.

Когда начались репрессии, в июне 1937 года отец позвонил Молотову: «Вяча, я прошу тебя сказать, что мне делать?» Молотов повесил трубку. Отец снова набрал номер: «Вяча, прошу тебя, ответь, что мне делать? Я же слышу твое дыхание». Трубка снова была повешена. Так повторялось несколько раз, но отец продолжал взывать в пустоту. И, наконец, Молотов произнес только два слова: «Устраивай детей». Отец все понял и сам поехал к Ежову, которого знал давно и не вернулся. У меня с сестрой начались гонения. Отобрали квартиру, исключили из привелигированой школы. А когда через два года мне предложили отречься от отца и вступить в комсомол, я стала сопротивляться. Я сказала, что отрекаться от папы не буду, и в комсомол не вступила. Много раз мне предлагали поменять фамилию, взять псевдоним, но я отказывалась от этого, и поэтому долгое время мне не давали никаких званий. Всю свою жизнь я верила, что отец невиновен. Писала в инстанции. И однажды получила справку о реабилитации, какую давали всем: «Реабилитирован посмертно ввиду отсутствия состава преступления». И тогда я написала Молотову: «Уважаемый Вячеслав Михайлович! Вам небезынтересно будет узнать, что ваш школьный друг ни в чем не виноват. Оля Аросева».

Его жена Полина Жемчужина отозвалась немедленно по получении письма. Разыскала меня, позвонила, сказала: «Приезжай, я пошлю машину». В прихожей Полина Семеновна обняла меня и долго не выпускала из объятий. А потом появился Молотов. Совсем не изменившийся, с любезной улыбкой опытного дипломата и с тем же закрытым, нейтральным выражением, которое я помнила с детства. Губы улыбались, но улыбка ничего не меняла в бесстрастном этом лице.

Поздоровались. Прошли в огромную столовую, где уже был накрыт богатый стол. Молотов заговорил, как прежде, окая, чуть заикаясь: «Вот, прочел... Да... да... Отсутствие состава преступления... 1937-й... Долгонько, долгонько разбирались». И больше ничего не сказал. Ни стыда, ни неловкости, ни сочувствия не было в его словах.

- У вас с детства обнаружился актерский талант?

- Уже в три года у меня были первые попытки актерства, я не упускала ни одного случая выступить на посольских вечерах. Читала стихи, пела, даже костюмы себе мастерила. После того, как я впервые посмотрела в театре «Трехгрошовую оперу», я настолько прониклась постановкой, что мы с подругой одевшись на манер нищих, пошли в городской парк просить милостыню. Для нас это была игра и ничего больше, а наутро разразился скандал, потому что в газетах написали, что дочь советского посла стоит в парке, поет и просит милостыню. Отец был в неописуемом ужасе от моего поступка.

- После школы вы пошли в цирковое училище...

- Несмотря на то, что цирк мне нравился, я всегда хотела стать актрисой. Но тогда в театральный брали только после десятого класса, а у меня не было полного образования. Вот я и пошла в цирковое училище, отучилась там два курса, параллельно закончила экстерном среднюю школу и поступила в театральное. Но не закончила, после трех курсов ушла играть к известному режиссеру Акимову в Ленинград, показав диплом сестры. А недавно мне в качестве подарка к юбилею вручили диплом о заочном окончании Вахтанговского училища. Ведь до недавнего времени единственным документом, подтверждающим, что хоть какой-то курс прослушала до конца, были права водителя троллейбуса. Рязанов заставил пойти в школу при троллейбусном парке, иначе не разрешал снимать финальный эпизод картины «Берегись автомобиля». Помните, когда я за рулем, а Смоктуновский к стеклу прилип.

- Многие узнали вас благодаря телевидению. «Кабачок «13 стульев» был очень популярен. Почему он прекратился?

- Даже Брежнев любил «Кабачок» и даже давал распоряжение тогдашнему руководителю телевидения Лапину, чтобы он не вмешивался в нашу программу. Однажды я заболела, и два «Кабачка» вышли без меня. Так Лапин прибежал, начал кричать и спрашивать о причинах моего отсутствия. В конце сказал: «Пусть быстрей выздоравливает. Вы знаете, кто о ней спрашивал?!» Всем стало понятно, что звонили сверху.

При огромной популярности у телезрителей «Кабачок» прекратил свое существование, потому что кончились чудесные тексты. Видимо, юмористические журналы восточноевропейских стран, достигнув наивысшей точки своего творческого развития, пошли на спад.

- У вас есть секреты красоты?

- У меня только один секрет - я ничего специально для красоты не делаю. Никогда не ходила к косметологам, да и кремом для лица пользуюсь только по необходимости, чтобы кожа не слишком сохла от воздействия грима. Никаких масок и массажей для лица я не делаю, просто стараюсь больше отдыхать. Чистый воздух и сон - вот что нужно для красоты.

- У вас было много известных партнеров. Человеческие отношения с ними вне съемочной площадки сохраняли?

- Я играла мать Миронова, когда ему стало плохо на сцене, и вскоре он умер. Он был замечательным партнером. Смоктуновский парнем был хорошим, хотя и странным. А может, прикидывался таковым. Дескать, не от мира сего. Помню, он мне говорил: «Не помешаю, Оленька, если присяду рядышком?» А я отвечала: «Да пошел ты, Кеша, в ж...у! Отстань!» Он лишь глазки к небу поднимал: «Ой, спасибо большое!» Ему нравилось играть и в жизни. Мы до последних дней перезванивались.

Никулин мне как-то помог от радикулита избавиться. Я слегла капитально, Юрочка сначала ежедневно травил анекдоты по телефону, рассчитывая смехом поднять с постели, потом понял, что толку нет, и порекомендовал знакомого китайца. Тот иголками вылечил.

Леонов был прекрасный товарищ, теплый, уютный. А Папанов весь состоял из крайностей, мог разораться так, что тушите свет. На правой руке у Толи был вытатуирован якорь, который он перед спектаклями старательно закрашивал. А однажды забыл. И вот играют «Вишневый сад». Папанов в роли Гаева, Миронов - Лопахина. Андрюша заметил татуировку и тихо сказал: «Вы из блатных?» В зале ничего не услышали, но стоявшие на сцене легли пластом от хохота.

Мы дружили со Спартаком Мишулиным. Помните в «Белом солнце пустыни» он вкопан в песок. Одна голова торчит. Но что такое в песке выкопать яму? Это очень трудно, потому что он сыпется дальше, какие-то подпорки там делали. Все полсмены его вкапывали в песок. А потом сказали, что обеденный перерыв. Он мне рассказывал. Ему сказали: "Ты, Спартак, сиди, мы тебе принесем еду. Мы тебя не можем выкопать и опять вкопать: уйдет вся смена на это". И он говорил, какие-то птицы на меня что-то делали, руками же нельзя ни пошевелить, ничего.

Азар МЕХТИЕВ

Яндекс.Метрика