навигатор

Творчество моих друзей

На Международном конкурсе молодых исполнителей популярной музыки «Новая волна 2009» в Юрмале состоялся творческий вечер Народного артиста России Юрия Антонова. Он давно уже стал классиком эстрадного жанра. Его рекорд 50 миллионов пластинок до сих пор не превзойден. Песни Антонова, написанные 20-30 лет назад, с удовольствием слушает и нынешняя молодежь. Антонов — не только композитор-песенник, но и автор музыки к кинофильмам: «Берегите женщин», «Прежде, чем расстаться», «Салон красоты», «Приказ», «Незнакомая песня», «Хищники», «Дураки умирают по пятницам» и др. Совместно с поэтом Михаилом Пляцковским им написан детский мюзикл «Приключения кузнечика Кузи». В 1998 году одной из звезд в созвездии Рыб присвоено имя «Юрий Антонов».

— Ваша юность прошла в Белоруссии, вспомните это время.

— Я очень люблю Беларусь и белорусов, к сожалению, в последнее время, бываю там редко: нет времени. Отец был военным. И одним из мест службы отца был белорусский город Молодечно, где прошли мое детство и юность. Развлечений в городе не было никаких, поэтому очень часто родители на выходные уезжали на природу, где устраивали пикники.

Родители отношения к музыке не имели, но меня отдали в музыкальную школу. Это было тогда модно. В музыкальную школу я не любил ходить, поэтому часто прогуливал. Помню, брал аккордеон, якобы иду на занятия, а сам с товарищами забирался на стройку. Там мы любили жечь костры. Еще мы с ребятами играли в футбол, лапту, но главным испытанием нашей храбрости были налеты на чужие сады. Рубашка закручивалась веревкой и набивалась полная яблоками, с такими огромными «мешками», мы прыгали через забор, убегая от хозяев. Яблоки были зеленые, невкусные, поэтому мы их выбрасывали, а назавтра повторяли свои вылазки.

В Молодечно было три учебных заведения — кооперативный и политехнический техникум и музыкальное училище. К наукам я не тяготел, кооператорам не хотел быть, поэтому после школы поступил в музыкальное училище.

— Вы помните ваши первые заработанные деньги?

— Они появились, когда, учась в музыкальном училище, я организовал квартет. Сам я играл на аккордеоне, контрабаса у нас не было, его заменяла балалайка-бас, еще был барабанщик почти пионерский и гитара без усилителя. И вот таким составом мы играли на танцах. Эффект был потрясающий. Девочки от нас просто млели. Затем я создал диксилент, которые тогда были очень модные. Свои заработанные деньги я тратил не на девушек, как мои друзья, а покупал ноты. В Молодечно ноты джазовых произведений было невозможно купить, поэтому за ними я ездил в Вильнюс на выходные. Там продавались ноты, которые провозили из Польши.

— Неужели вы увлекались только музыкой?

— Не только музыкой. У меня в ту пору была первая и очень сильная любовь с девочкой из политехнического техникума, поэтому я даже и не думал куда-то в сторону смотреть. Когда вахтеры меня не пускали к ней в общежитие, то я залазил к девушке по водосточной трубе.

— А почему вы расстались?

— Я был несмышленый, молодой, поэтому она увлеклась парнем постарше. Он был известным в Молодечно велосипедистом. Я об этом узнал и перестал к ней подходить, а когда она поняла, что не нужна тому парню, то хотела вернуться ко мне, но я не захотел.

— Кто из профессионалов впервые подметил в вас певческий и композиторский талант?

—Из Молодечно отца перевели в Минск. Где меня заметил и первым помог мне сделать музыкальную карьеру Виктор Вуячич. Он пригласил меня в свой ансамбль. В феврале 1964 года я съездил впервые свои гастроли, а вскоре меня забрали в армию.

— Чем вам запомнилась армия?

— В армии я пристроился не плохо поближе к кухне, единственное, что мне не нравилось, что я постоянно не досыпал. Но когда прослужил уже некоторое время, я забивался в нишу за шинелями, где мог какое-то время отсыпаться. Несмотря на старшину, который бегал и спрашивал: «Где Антонов?»

— После армии вы вернулись в Минск?

— Виктор Вуячич сделал меня музыкальным руководителем его коллектива. В 1969 году на гастролях в Киеве заметив, как я работаю, меня пригласили поработать в ВИА «Поющие гитары», которые тогда имели огромную популярность. В этом же году вышел мой первый шлягер «Нет тебя прекрасней».

— Насколько автобиографичны ваши песни?

— «Зеркало», «Двадцать лет спустя» имеют некоторые параллели с моей жизнью. В ней, кстати, женщины всегда играли большую роль. Причем приносили и радость, и печаль. Хотя трудно сказать, чего больше. Весов таких не найти, любые наврут и покажут неточно. У меня очень тяжелый характер, и много расставаний случалось по моей вине. Но было и такое, когда натыкался на такое острие, такие получал раны, что даже работать не мог. Я был трижды женат. Все мои бывшие супруги хорошо устроены, живут за границей. Со своими детьми я иногда встречаюсь.

— У вас не бывает ощущения, что женщина полюбила не вас, а вашу популярность?

— Практически такого не было никогда. Может быть, при первом знакомстве это и играет какую-то роль, но потом взаимоотношения продолжаются и все это уходит на задний план. Остаются два человека: она и я.

— У вас была огромная популярность, но почему вас долгое время не выпускали из страны. Только в 1990 году, вам присвоили звание — народный артист России?

автограф Юрия Антонова для газеты "Однако, жизнь!"— Я действительно был одним из самых популярных исполнителей. За мной закреплен рекорд, когда я дал в СК Ленинграда 28 концертов, по 14 тысяч зрителей на каждом. Я зарабатывал по 15 тысяч рублей в месяц, и первым делом деньги я вкладывал в хорошую аппаратуру, потому что понимал, что без нее не может быть хорошего звука. Я наладил отношения с югославами и через них купил хорошую гитару с усилителем «Фендер». Это тогда было, как сейчас 600-й «Мерседес». Из-за своих связей попал в немилость властей. Я был под колпаком КГБ, меня считали неблагонадежным гражданином. Как-то я был вызван «на ковер» в Министерство культуры СССР, за то, что на своих концертах пою свои песни. У меня потребовали, чтобы я включил в репертуар не меньше 50% песен членов Союза композиторов СССР. Пришлось объясняться. Но больше одной-двух песен у меня все равно не было.

— Какую кухню вы предпочитаете?

— Это зависит от настроения. Люблю кавказскую кухню, в частности, азербайджанскую. А вообще я человек всеядный. Люблю хорошую картошечку с селедочкой и огурцом. Люблю овощные блюда. Супы: гороховый, фасолевый, рисовый, гречневый. Нравятся также и рыбные блюда. Попадая за границу, я непременно стараюсь посетить рыбные рестораны.

Когда у меня гости, то приглашаю повара, и он готовит восточные блюда, итальянской кухни. Хорошо приготовленная пища — это произведение искусства, как хорошая песня. Однажды на фестивальном банкете я мне очень понравились киевские котлеты с косточкой, которые были специально доставлены самолетом из Киева. Я съел их 12 штук. Этим я заставил поволноваться за последствия свою соседку по столу Надежду Бабкину.

— А что насчет сладкого?

— Я без него не могу, особенно в сочетании с кофе. От этого я очень страдаю, потому что такая пища влияет на мой вес.

— Как вы относитесь к современной музыке?

— Имею огромную коллекцию компакт-дисков современной музыки. Но, к сожалению, среди них мало по-настоящему хорошей музыки. Много плагиата. Берут обычно тройку западных хитов, и благодаря технической обработке делают из них один. Да еще и гордо утверждают, мол, моя песня. Причем воруют безнаказанно, зная, что иностранные музыканты не станут ввязываться в судебные разборки с никому не известными певцами постсоветского пространства.

— Сейчас в обществе возникла ностальгия по песням прошлых лет, как вы думаете, с чем это связано?

— Все пришло к своему знаменателю. Люди стали понимать, что песня состоит из мелодии, и важным составляющим в песне являются стихи, важен смысл песни. Любой нормальный человек понимает, что песня со смыслом лучше песни без смысла.

— Как вы относитесь к современному телевидению?

— Телевидение меня не интересует. Смотрю с большим удовольствием только «В мире животных».

— Правда, что вы к животным относитесь лучше, чем к людям?

— В наше время очень много непорядочных людей. За что их любить? У нас запущено воспитание детей, потеряны все те положительные наработки, которые были при Советском Союзе в образовании, медицине. Животные никогда не продадут, они преданнее человека. Я счастлив, что меня окружает мир животных — кошки и собаки, которых я подобрал на улице и очень их люблю. У меня 40 кошек и 17 собак. Я сделал вольеры, чтобы разделить их. Иначе начнут выяснять отношения — кто сильней и важней.

— За вашими плечами много лет на эстраде. А какой период был самым сложным?

— Самым тяжелым для меня был советский период, когда государство могло раздавить любого человека. Испытал эти катки на себе и я. На телевидение меня не пускали, на фирме грампластинок «Мелодия» вечно душили. Но это была полукоммерческая организация, им нужно было зарабатывать деньги. Поэтому и выпускали мои пластинки: они продавались миллионными тиражами. В советское время государство было жесткое, но люди — добрые и мягкие. Парадокс! А сегодня государство вроде бы демократическое, а общество — жестокое. В 70-х годах убийство человека из огнестрельного оружия было нонсенсом! Все МВД уже ловило бы убийцу! А сейчас заказные и прочие убийства происходят каждый день — это стало нормой жизни.

— Вокруг знаменитостей всегда много легенд. У вас вот какая-то странная история с Настасьей Кински, что все-таки случилось на самом деле?

— Все произошло на одном из московских кинофестивалей много-много лет тому назад. Тогда у меня как частого посетителя ресторана гостиницы «Россия» был свой столик. Официанты все меня знали. После кинопоказов вечером там собиралась вся киношная тусовка. И однажды мы с приятелем сидели за столом, ресторан был забит под завязку.

Вдруг подходит ко мне знакомый кинодеятель: «Юра, у вас два места свободных, а тут Настасья Кински приехала с показа. Она кушать хочет, а сесть негде. Нельзя ли ее посадить за ваш столик?» Она пришла с тогдашним мужем-египтянином и переводчицей. Помню, она была в узбекском халате и тюбетейке. Мы подвинулись и разместились. Я угостил ее бутербродом с черной икрой, а она вдруг поцеловала мне руку. Я испугался до ужаса, был обескуражен. Но все закончилось хорошо: мы отлично покушали, попили и повеселились.

В тот же вечер я познакомился с писателем Маркесом, тут же были Феллини с женой Джульеттой Мазиной, Роберт де Ниро с дочкой. Это был такой фестиваль! Володя Меньшов очень просил меня: «Сфотографируй меня с Феллини!» А у меня в ту пору был достаточно редкий по тем временам маленький фотоаппарат. Вот я его и использовал по полной программе.

— Юрий Михайлович, вы человек эмоциональный. Случалось стесняться своих эмоций?

— Нет, это продолжение моей сущности. Я не люблю, когда обманывают. Не терплю бахвальства. Если считаю нужным, не скрываю своих эмоций.

Азар Мехтиев

Яндекс.Метрика