навигатор

Творчество моих друзей

Наталья ВАРЛЕЙ на фото слева, справа журналист Азар Мехтиев

На счету актрисы Натальи Варлей 61 роль в кино, среди которых «Кавказская пленница», «Вий», «12 стульев», «Семь невест ефрейтора Збруева» вошедшие в золотой фонд Советского кинематографа. Десятки ролей в театре. Но актриса до сих пор ассоциируется с «кавказской пленницей» Ниной. В настоящее время Варлей озвучивает сериалы на ТВ, снимается в кино, например в фильме «Волшебник Изумрудного города» сыграла сразу двух ведьм: Гингему и Бастинду. В 1994 году Наталья Варлей окончила факультет поэзии Литературного института. Выпустила несколько сборников стихов, а еще вместе с композитором Николаем Шершенем выпустила два авторских диска-гиганта песен — «На высшей точке единения» и «Не умирай, любовь!» и два компакт-диска «Живая вода» и «Не оборвись во мне, струна». Наталья Варлей была гостем XV Минского международного кинофестиваля «Лiстапад».

— Наталья Владимировна, откуда у вас такая необычная фамилия?

— Родилась я в румынском городе Констанце. Мой отец-моряк взял с собой маму в рейс Болгария-Румыния. А мама была уже на сносях. Папа был курсантом первого набора Севастопольского военно-морского училища, которое окончил в 41-м, и сразу ушел в бой командиром «морского охотника».

Как гласит семейное предание, Варлей — фамилия валлийская. Мои предки попали в Россию из Англии. Это случилось в XIX веке: некий музыкант приехал к нам с туманного Альбиона и привез с собой конюшню, в которой были два жокея — братья Варлей. Затем они женились на русских девушках и окончательно обрусели.

— Как вы попали в цирк?

— В один из дней мама повела меня в цирк. Мы пришли раньше положенного времени, а тут внезапно начался сильный дождь. И мы с мамой спрятались в кассе, и первое, что я там увидела, было объявление о наборе детей 11-13 лет в детскую цирковую студию. Буквально на следующий день, тайком от родителей, я отправилась по указанному адресу. Как это ни странно, но, обмерив меня вдоль и поперек, проверив мою гибкость и растянутость, педагоги студии сочли возможным принять меня к себе.

Нас, студийцев, часто занимали на представлениях в прологах. Помню, когда был хрущевский обмен денег в 1961 году, сочинили для нас танец под названием «Копейка рубль бережет». Мы с фанерными огромными копейками по бокам выбегали на арену и радостно выкрикивали: «Копейка!», — а последняя, десятая «копейка» кричала: «Гривенник!» И вот в очередной раз, выбегая в победном марше несокрушимой копейки, я застряла между зрителями. «Копейки» рассчитались без меня, и гривенник получился из девяти копеек. Все очень смеялись.

Кстати, на представлениях я встречалась с Юрием Никулиным. В 1965 году я окончила Училище циркового и эстрадного искусства и пришла в труппу Московского цирка на Цветном бульваре. Работала эквилибристкой. Одно время выступала в одном номере со знаменитым клоуном Леонидом Енгибаровым: танцевала на трапеции с кастаньетами, сидя на стульчике, играла на концертино.

— А как вы попали в кино?

— Именно благодаря Енгибарову и попала в кино. Произошло это при следующих обстоятельствах. Енгибаров уже несколько лет снимался в фильмах и имел множество друзей в киношной среде. Одним из его приятелей был режиссер Одесской киностудии Георгий Юнгвальд-Хилькевич. В один из дней 1966 года он пришел на очередное представление в цирк на Цветном бульваре и увидел там меня. Я ему настолько понравилась, что он тут же предложил мне сняться в его новом фильме «Формула радуги». Мне досталась маленькая роль медсестры. К сожалению, картину на экран тогда так и не выпустили, найдя в ней какую-то крамолу. Однако, несмотря на эту неудачу, съемки в фильме сослужили мне хорошую службу: именно там на меня обратила внимание ассистентка Леонида Гайдая, который в те дни готовился к съемкам фильма «Кавказская пленница». Меня пригласили на пробы.

На роль студентки-комсомолки Нины в фильме претендовали без малого около пяти сотен актрис, среди которых были такие звезды советского кино, как Наталья Фатеева, сестры Вертинские, Наталья Кустинская, Валентина Малявина, Виктория Федорова и др. Помню пришла на «Мосфильм», мне дали почитать кусочек из сценария. Потом сняли небольшой эпизод с осликом. И вдруг Гайдай робко меня спрашивает: «Наташа, а можете ли вы раздеться до купальника?» Я ответила: «Конечно». И разделась. Все так и ахнули. Это сейчас актеры свободно обнажаются, а тогда и кинематограф, и вся страна были более целомудренными. Но у меня-то купальник являлся повседневной цирковой формой одежды, поэтому и мыслей никаких не возникло. Словом, сняли и этот эпизод. Пожалуй, он и решил выбор.

— Как проходили съемки?

— Я до сих пор помню каждый съемочный день. Много было и смешных, и казусных, и драматических ситуаций. Например, я чуть не раздавила знаменитую троицу. Помните, когда они стояли на дороге с Вициным посередине? Я мчусь на красной машине, а у нее вдруг отказывают тормоза. Слава Богу, реакция у наших прекрасных комиков оказалась отменной.

Навсегда остался в памяти первый опыт артистического перевоплощения. До этого я фактически играла саму себя. Образ же Нины в «Кавказской пленнице» совершенно не похож на меня в жизни: я никогда не была уверенной в себе, озорной, оптимистичной, скорее тихой, мечтательной, романтичной. Так что Гайдай из меня прямо на съемках лепил «комсомолку, спортсменку и просто красавицу».

— Как вам удалось справится с осликом?

— Во-первых, там снимались два ослика, а не один. Мальчик и его дублер девочка. Чего мы только не придумывали! Например, на камеру, которая все это снимала, повесили морковку. Но животных это не впечатлило. Тогда пришлось просто привязать ослика ко мне леской. В кадре кажется, что я иду и размахиваю платком, а на самом деле тяну животное за собой.

— Вашим первым мужем был Владимир Тихонов, сын Вячеслава Тихонова и Ноны Мордюковой, а как вы познакомились?

— В конце 60-х я вышла замуж за своего однокурсника — Владимира Тихонова. Володя влюбился в меня, когда увидел «Кавказскую пленницу». Он был молодым, сильным, крепким. Но после развода Тихонова и Мордюковой Володя оказался никому не нужен. Нона Викторовна вышла замуж за Другова, Тихонов постоянно был на съемках. Володя во дворе попал в дурную компанию. Начал с невинных таблеток, затем привык к наркотикам. Мордюкова привозила из Чехословакии дорогие вазы, а сын продавал, чтобы купить дозу. Когда Мордюкова узнала, он соврал матери, что продал вазы, чтобы купить мне подарок. Нона Викторовна обиделась и долго не разговаривала со мной, пока все не выяснилось.

А познакомились мы в театре. У нас были общие дипломные спектакли, я играла Снегурочку, он — Мезгиря. Он был очень способный человек, с прекрасными внешними данными, добрый по сути. Володя четыре года ночевал на чердаке, чтобы увидеть, как я прохожу мимо. Но когда мы поженились, он стал ревновать меня к каждому фонарному столбу. Находились люди, которые говорили ему: «Я с ней был». И мы часто выясняли отношения. Владимир стал все чаще злоупотреблять алкоголем, в доме на этой почве постоянно происходили скандалы. К тому времени, когда появился сын Василий, наша семья уже распалась.

— После родов было трудно вернуться на сцену?

— Да. Первая роль была вводом в спектакль за две репетиции. Я немножко вышла из формы, жутко комплексовала. В зале сидели мои родители, текста было много. И в первой эмоциональной сцене я вдруг почувствовала, что меня «перемкнуло» от волнения, и я не могу вспомнить ни одного слова! Меня прошиб холодный пот. В цирке, когда душило волнение — а я ведь безумная трусиха, боюсь высоты, — в проходах стояли мои коллеги, которые поддерживали меня внутренне, и я успокаивалась. А здесь я повернулась к кулисам и увидела глаза актеров, которые радовались моему провалу. Все они отлично знали текст. Я посмотрела в другую кулису — то же самое. Во взгляде моего партнера читалось ехидное: «Ну что, звездулька?» Все это длилось минуту. Я посмотрела ему в глаза: «Боря, я текст забыла...» Он подсказал одно слово, я за это слово зацепилась и от злости вспомнила все. Я поняла, что в театре никто тебя поддерживать не будет, как в цирке. Хотя и там тоже от зависти резали тросы, люди гибли... Но это редкость, по большому счету в цирке есть чувство локтя. Однажды я приехала из-за рубежа и привезла оттуда красивую кофточку. В первый же день надела ее в театр, но, когда после спектакля вернулась в гримерную, увидела, что на кофте кем-то из коллег прожжена огромная дырка.

— У вас есть домашние питомцы?

— Да, это кошки. Они для меня члены семьи! Все они — Зарплата, Пенсия, близнецы Бондик и Пондик и т.д. — родственники, не розданные котята. Кроме Киски, которую поклонницы подбросили моему соседу на-найцу Володе Асимову. Моя мама долго не могла смириться с тем, что у меня столько кошек. Но однажды, когда ей стало плохо с сердцем, они буквально облепили ее, и ей полегчало. С тех пор она относится к ним с уважением. Когда у меня начинают болеть суставы, позвоночник, память о травмах в цирке, они начинают журчать, «петь» и мять меня. Вскоре я начинаю чувствовать, что возвращаются силы и боль прекращается. Так что кошки — самые сильные домашние лекари.

— Вы замечательно выглядите. У вас есть секреты красоты?

— Конечно, это не рецепты для модных женских журналов. Зритель хочет меня видеть спортсменкой и красавицей, и я пытаюсь его не разочаровать. Ничто другое, как вес, не выдает возраст женщины. Поэтому я стараюсь держать себя в форме. У меня есть специальный комплекс упражнений, почти йоговский, на растяжку мышц. Гимнастика, а еще баня — очень хорошее средство для похудения. Есть у меня и свой рецепт омолаживающей маски для лица — это сметана. Умываюсь горячей водой, накладываю толстый слой сметаны. Умоешься потом теплой водой — кожа, как у младенца.

— Вы в зрелом возрасте пришли к вере, а почему родители не окрестили вас в детстве?

— Я всегда считала, что мои родители атеисты. Отец, Владимир Викторович, был первым пионером, комсомольцем, коммунистом. В 1941 году окончил Севастопольское военно-морское училище, был курсант и прямо с выпускного вечера пошел в бой. Был командиром «Морского охотника». Часто попадал в страшные мясорубки, но оставался в живых. Отец был принципиальный человек, и я прекрасно помню: когда мне подарили крестик в цирковом училище, и я пришла с ним домой, то он так на меня кричал. Хотя я надела не совсем сознательно, просто пошла такая мода. Но мне тогда за крестик досталось сильно. Бабушка моя, мамина мама, из дворянской семьи и была верующей. Просто жили в такое время, когда все надо было скрывать, выказывать свою религиозность было опасно. Отец открылся перед самой смертью, он мог уже только лежать. Я пригласила батюшку для исповеди, причастия и соборования, и он вышел из комнаты отца немало изумленный. Отец подпевал ему почти все молитвы и псалмы и признался батюшке, что в детстве пел в церковном хоре. Я об этом узнала только перед самой смертью отца, всю жизнь была уверена, что по вопросам религии с ним лучше не общаться — и вдруг он поет молитвы.

— В чем вы находите отдых для души и тела?

— Я думаю, душе отдых не нужен. Он необходим телу, а душа «обязана трудиться и день, и ночь...», как сказал поэт, и я с ним полностью согласна. Душа вне возраста, должна оставаться молодой.

Отдыхаю я в основном за книгой. Читаю все. В зависимости от настроения: Чехова, Достоевского, Гоголя, Толстого, Мураками, Пелевина, Петрушевскую, Толстую. Когда же устаю или в дороге, то читаю Агату Кристи, Устинову, Дашкову или Александра Грина. Люблю Брэдбери, Стругацких, Сэлинджера. Постоянно читаю «Псалтырь».

Азар Мехтиев

Яндекс.Метрика