навигатор

Творчество моих друзей

Вера ГЛАГОЛЕВА на фото слева, справа журналист Азар Мехтиев

Вера Глаголева начала сниматься сразу после окончания школы, исполнив главную роль в фильме «На краю света». Ее трогательные героини из фильмов «В четверг и больше никогда», «Торпедоносцы», «Выйти замуж за капитана», «Зонтик для новобрачных» сразу же завоевали симпатии зрителей. В 1990 году Глаголева дебютировала в качестве режиссера-постановщика. На Первом Всероссийском кинофестивале актеров-режиссеров «Золотой Феникс» в Смоленске за свой фильм «Чертово колесо» Вера Глаголева получила Главный приз фестиваля. А на площади возле кинотеатра «Современник» как победителю фестиваля была заложена ее именная звезда.

— Вера Витальевна, вы начали сниматься очень рано и актерского образования так и не получили. Не жалеете об этом?

—У меня всегда не хватало времени на учебу. Я все время работала, и это казалось важнее. В свое время Анатолий Васильевич Эфрос говорил, что это мне и не нужно. На самом деле он — единственный человек, у которого мне бы очень хотелось учиться. К сожалению, судьба так распорядилась, что он ушел из жизни слишком рано.

— Стрельба из лука могла стать вашей профессией?

— Стрельба из лука. Это на первый взгляд кажется просто. Натянул тетиву, прицелился и стреляй. На самом же деле этот спорт требует больших усилий. 12 серий по три выстрела. Не так тяжел сам лук, как трудно натягивать тетиву. По весу это аналогично 16 кг. Устаешь очень сильно. До сих пор непонятно: это я выбрала спорт или спорт выбрал меня. Я была хрупкой девушкой, а тут 16 кг. Новорожденное чувство справедливости и желание доказать, что девочка — тоже личность, давали мне силы для тренировок. В результате меня приняли в юношескую сборную Москвы. А вскоре я выполнила норматив мастера спорта. Увлечение стрельбой из лука уже почти могло стать профессией, если бы не встреча с Родионом Нахапетовым, благодаря которому я стала артисткой. Я и предположить не могла, что позже стану его супругой и подарю Родиону двух дочерей, Анну и Марию.

— Почему вы, успешная актриса, решили стать режиссером?

— Мне всегда это было интересно. Видимо, везло как актрисе на режиссеров-личностей: Аранович, Мельников, Таланкин. Шел 1990 год, год шальных денег, когда снимали все, кому не лень. А сценарий «Сломанного света» (в нем была какая-то тайная грусть, тоска) совпал с моим настроением. Мы как раз тогда разводились с Нахапетовым, я понимала, что он не вернется из Америки. И я решила проверить себя на выносливость. Надо было искать спонсоров, выбирать актеров, начинать съемки: личные проблемы сразу отошли на второй план. Я вообще считаю, что в кино не нужно рассказывать о себе, вовлекая всех в свои проблемы. Этого делать ни в коем случае нельзя. Нужна не тайна, нет, нужна дистанция.

— Какое событие вашей жизни было самым ярким и судьбоносным для вас?

— Жизнь — череда случайностей, но, пожалуй, одной из самых важных была для меня встреча с моим первым мужем Родионом Нахапетовым. Тогда я бредила театром, ходила на все постановки Эфроса, Любимова, но мне даже не приходило в голову, что однажды я смогу оказаться по ту сторону кулис. Ведь специального актерского образования у меня не было, но Родион поверил в мои силы, и моя жизнь круто изменилась, когда я услышала слово «мотор» и поняла, что снимают именно меня.

— Какие чувства вы испытываете к Родиону Нахапетову, который оставил вас с двумя детьми и уехал в Америку?

— Со временем эти чувства, конечно, сильно изменились. Комментировать ситуацию ухода мужа к другой женщине вообще, прямо скажем, сложно и бессмысленно. В своей книге «Влюбленные» Родион тот драматический для нас всех момент достаточно подробно описал. Там все есть: и его метания, и размышления обо мне и дочках. Сейчас мы нормально общаемся, мне интересны его новые работы. И потом невозможно вычеркнуть из своей жизни отца своих детей.

— Вы даете дочерям советы по поводу их отношений с мужчинами?

— Когда они меня просят, даю. Но сама в их жизнь не вмешиваюсь. Запрещать что-то или навязывать свое мнение не в моем характере.

— Почему вы начали работать в театре совсем недавно, ведь такая возможность была у вас значительно раньше?

— Да, когда я снималась у Эфроса, он предложил мне прекрасную роль. Но против был мой первый муж, Родион Нахапетов. Он хотел, чтобы я всегда была при нем, время от времени снималась, а не играла в театре. Он предпочитал иметь просто жену, а не актрису. Анатолий Васильевич как человек очень тонкий и умный, видимо, догадался об этом и сказал мне: «Если Родион против, ты ему передай, что у тебя не будет жесткого режима. Я всегда буду отпускать тебя на съемки». Но, увы, не сложилось. Не сумела настоять на своем.

— На вид вы хрупкая и нежная женщина, но с большой внутренней силой. Как возможно такое сочетание?

— Я не считаю себя такой уж хрупкой и нежной. Что касается внутренней силы, то характер формируется с детства. Уже тогда во мне не было ничего девчачьего. Я никогда не играла в куклы. Среди друзей детства были одни ребята, с которыми мы играли в футбол и казаки-разбойники. И во всех играх, что интересно, я была мальчиком. Брата звали Борисом, а я была Вовкой. Наверное, поэтому характер у меня сформировался такой мальчишеский. Поэтому слабые мужчины — это люди не из моей жизни. К примеру, Родион Нахапетов, мой первый муж и отец двух девочек, никогда не был слабым человеком. Это был абсолютно сформировавшийся, совершенно взрослый для своего тридцатилетнего возраста человек, серьезный и самостоятельный не по годам. Родион рано остался один: его мама умерла, когда ему было всего восемнадцать. И дальше по жизни ему пришлось идти одному. Он помогал мне, делился опытом. И поэтому не могу сказать, что я такая уж сильная. Я люблю быть слабой. И сегодня мой муж Кирилл — глава семейства, абсолютный лидер. А вообще я считаю, что каждый человек должен уметь постоять за себя сам. Сила должна присутствовать, чтобы защитить своих близких. Слабого человека могут просто растоптать. Слабая женщина очень уязвима, и в ее жизни могут происходить вещи, которые ее просто погубят. Искать в себе силы нужно всегда. Они нужны не для того, чтобы с кем-то сражаться, а чтобы противостоять злу.

— А, что вы — активная защитница женских прав?

— Да, потому что мне порой кажется, что в нашей стране многие мужчины, имеющие деньги, хорошо устроились. Они с легкостью изменяют, бросают своих немолодых жен ради молодых девочек, живут на две семьи. А что касается алиментов и просто какой-то помощи детям, то иной раз приходится надеяться на порядочность мужчины! Складывается такое впечатление, что в нашей стране все можно. Особенно обеспеченным людям. Пятидесятилетний или шестидесятилетний мужчина, если он богат, может иметь двух восемнадцатилетних любовниц. Нет никакой морали. В России стало нормой то, что достигшие определенного благополучия мужчины бросают своих детей, свою жену и спокойно уходят к своим молодым подругам. Или же имеют по две–три семьи. Естественно, что таким молодым подругам обычный пожилой, но небогатый человек просто не нужен. Зачастую дети и бывшие жены остаются ни с чем. Это огромная беда для них. А все потому, что нет нормально действующих законов. Поймите, никто не хочет заставить мужчину жить с нелюбимой! Но если уж ты решил уйти из семьи, то ты должен быть за нее в ответе. Когда будут нормально работающие, как в других цивилизованных странах, законы, согласно которым мужчина после развода должен обеспечивать своих детей, свою жену, а половину своего состояния вообще отдать, тогда он еще задумается, прежде чем бросать все ради своей страсти.

— Вы пользуетесь услугами стилистов, визажистов?

— Нет. Но, не смотря на это, я не сказала бы, что я всегда в одном образе. Да, я не меняю прическу. Я просто знаю, что та прическа, которая у меня всегда идет мне больше, чем другая. Я стараюсь ничего не менять. Мне не идет, к примеру, короткая стрижка: получаюсь этаким мальчиком-переростком.

— Вы как-то следите за своей фигурой?

— Я так много двигаюсь, что обхожусь без всяких диет и тренажеров.

— Какие напитки предпочитаете?

— Алкоголь вообще не употребляю. Пью только зеленый чай. Зеленый чай начал пить Кирилл. Он всегда говорил мне, что это хорошо и полезно. А я пила только кофе. Когда я впервые попробовала его, то долго не могла понять: что Кирилл находит в этой безвкусной, еле подкрашенной воде? А сейчас я хорошо разбираюсь в зеленых чаях. Знаю, что они отличаются по вкусу, по цвету, сортам.

— Когда вы сильно устаете, накапливается стресс и возникает депрессия, как вы все это «снимаете»?

— По-разному. Но для того чтобы прийти в ровное состояние духа, мне достаточно несколько часов посидеть-поболтать с друзьями-подругами. Такое общение снимает все стрессы.

— А как лечите простуду?

— Как и многие другие — народными средствами. Когда девочки были маленькими, наша участковая врач из Филатовской больницы всегда лечила их по рецептам народной медицины и только в крайнем случае прибегала к антибиотикам. И я стараюсь придерживаться этого правила. Ноги пропарить, травяной чай заварить, травяные микстуры от кашля принять — это первым делом.

— Правда, что роль Лены из фильма «Выйти замуж за капитана» писалась не на вас?

— Правда. Я туда попала совершенно случайно. Там была такая ситуация: сначала снимал один режиссер, но съемки остановили. И вообще снимали другую историю. Офицер-пограничник ищет себе жену. В фильме сначала было четыре героини: одна — учительница, вторая — доярка, третья — не помню, а четвертая — моя героиня, корреспондентка. Но потом Виталий Мельников вместе с Черныхом переделали сценарий, и осталась только одна женщина — Лена. Нас с Виктором Проскуриным и утвердили.

— Какое самое яркое впечатление детства?

— В детстве я 4 года с родителями прожила в Германии. Они ездили туда как педагоги. Сейчас наши современные дети не могут понять, как это так, жить и не знать, что можно куда-то поехать. Ну, слава богу, у нас этого не было, поэтому мы с моим братом жили в Германии, жили в Карлмарксштадте на территории школы, потому что отец и мама работали там, в школе. Он был учитель биологии, и у него был даже приусадебный участок. Там выращивали всякие овощи, кроликов для школы. И это наглядный пример, когда зоология, биология и, в общем, жизнь была симпатичная очень. И воспоминания, связанные с этим временем, были какие-то беззаботные, естественные. Мы объехали всю Германию с мамиными и папиными коллегами. Там каждые субботу и воскресенье брали автобус и всегда были экскурсии по Дрездену, Лейпцигу, Берлину.

В Москве мы поселились на Патриарших прудах. В месте, где развивались события из известного романа Михаила Булгакова, я провела свои самые счастливые и беззаботные годы.

— Ваши дочери родились в актерской семье. У них не возникает желания пойти по родительским стопам?

— Ни одна, ни другая таких попыток не делали. При этом я, отлично понимая страшную зависимость от этой профессии, никогда их не уговаривала. Они сами выбрали себе профессии. Старшая дочь Аня решила стать балериной, средняя Маша художником. Младшая дочь Настя сейчас начала сниматься. Она сыграла девочку, которая помогает собаке, спасает ее. Настя очень любит животных, любит фильмы о них. У нас живет дворовый пес, которого более десяти лет назад подобрали на улице мои старшие дочери. Он — любимый член нашей семьи. Мы с ним даже выступили в телевизионном «Дог-шоу». Еще у нас есть попугай жако. Мой муж Кирилл привез его из Африки совсем маленьким. У нас он вырос и научился говорить. Говорит он потрясающе, совершенно человеческим голосом, причем не отдельные слова, а целые фразы.

Азар мехтиев

Яндекс.Метрика