навигатор

Творчество моих друзей

— Ирина Ивановна, Вы потрясающе выглядите!

alf_1— Спасибо, но я для этого специально ничего не делаю. Правда, мне никто не верит. Днем репетиция, потом спектакль... поздно вечером прихожу домой, умываюсь холодной водой с мылом и все. Но от возраста все равно никуда не деться... Молодеешь только от любви. К своей профессии, мужу, дочери...

— Что для Вас значит, жить «на полную катушку»?

— Это погружаться в события каждого дня, стремиться узнать как можно больше, с благодарностью принимать то, что дарует тебе жизнь, и при этом дорожить каждой минутой, каждым вздохом. Я стараюсь наслаждаться любым настроением, любой ситуацией.

— Вас не обижает, что главная роль состоялась более 20 лет назад?

— Люди, которые полюбили Констанцию Бонасье, может быть, верны своим давним симпатиям, и это понятно. Но для меня это грустная история. Долгие годы в «Ленкоме» я не сыграла ни одной интересной роли, простояла в массовке. Сейчас-то я понимаю, что эти годы были потрачены впустую. Но нас ведь учили: театр — лучшая школа. Сейчас мне чуть ли не каждый день предлагают по пьесе, но я отказываюсь. Даже деньги не заставят меня играть то, что я не хочу. Поэтому у меня и небольшой послужной список.

В отличие от театра, мне повезло в кино. Сразу после Гиттиса я сыграла роль Даши в трилогии «Хождение по мукам», и зритель меня полюбил. Сегодня мечтаю встретить режиссера, который воспринимал бы меня не только как актрису с милым лицом. Ведь многие режиссеры обращали внимание только на внешность.

— Как вы думаете, на Западе Ваша актерская карьера могла бы сложиться лучше?

— После спектакля «Карманный театр» в «Ленкоме» ко мне подошел человек из Голливуда. Он буквально вцепился в меня: «Вы же звезда! Я вас сделаю мировой знаменитостью!» Но Абдулов сказал: «Нет! Мы поедем домой!» — и увез меня. А сейчас я думаю, кто знает, может быть, действительно у меня бы получилось.

— Какой Вы были в школьные годы?

— Мальчишки за мной в старших классах ходили толпами. Я принимала приглашения на свидания, но дотронуться до себя никому не разрешала. Была очень правильной девочкой. Поэтому меня не хотели брать в компании: вокруг все были развязные, курили, пробовали пить, а я нет. Из-за этого сильно страдала. Была замкнутой, суровой. Только второй муж научил, когда не хочется улыбаться: «Ты вот так, руками, возьми и растяни губы». Теперь каждое утро говорю: «Доброе утро» — и сама себе улыбаюсь. Я научилась себя перевоспитывать. Еще научилась не говорить плохое, только хорошее. Я все плохое выбросила, переболела и теперь только о хорошем думаю.

— Вы можете рассказать о своем муже?

— Сергей Мартынов самый красивый, самый умный, самый необыкновенный. Он за что ни возьмется — все получается. У него такая теория, что человек может все: сделать стол, починить машину, компьютер, написать повесть. Муж — потрясающий актер, но из-за красивой внешности его очень мало снимали. В него постоянно влюбляются, но мы сразу договорились, что между нами не будет ревности.

— Когда Вы расстались с Абдуловым, Вашу личную жизни не обсуждал только ленивый.

— Да, это было очень несправедливо. Было впечатление, что ходишь по городу нагая. И журналисты вокруг бегают. Они серьезно не интересовались моими ролями, а вот посмаковать интимные подробности — пожалуйста. Я нормальный, добрый, не завистливый человек, и мне обидно, что интерес ко мне был вызван обстоятельствами личной жизни.

— Чем Ваш нынешний муж лучше предыдущего?

— Я нашла человека, который идеально мне подходит. И это, поверьте, самая большая проблема человечества. Я эту проблему решила: нашла настоящего мужчину. А может, он меня нашел.

— Поделитесь опытом, как найти «своего» мужчину.

— Мой выбор никогда от меня не зависел. Это происходит стремительно. Повстречала человека, и через секунду понимаешь: он твой. Я влюбляюсь, даже видя все его отрицательные стороны, как под рентгеном. Ничего с собой поделать не могу. У меня любовь всегда вспыхивает с первого взгляда. Я умею наслаждаться любовью. И к тому же всегда могу мужчину «дофантазировать», слепить заново, но только для себя.

— Вы радуетесь успехам дочери?

— Ксюша никогда не стремилась попасть на большой экран — глядя на родителей, она не собиралась становиться знаменитой. Дочка окончила юридическую академию, но артистические гены все-таки взяли свое: она стала ведущей телепрограммы «Взгляд», а оттуда попала в сериал «Московские окна». На презентации, посвященной сериалу, Ксюша встретила Егора Бероева («Пятый угол», «Семейные тайны» и другие сериалы). Роман был недолгим, а свадьба — неожиданной. Я даже опоздала на нее, потому что находилась на юбилее у Кобзона, о котором узнала значительно раньше, чем о замужестве любимой дочери. Попав в актерскую среду, Ксения поняла, что нашла применение своей энергии. Она работает до часа ночи, а с утра снова убегает на работу.

— Дочь прислушивается к вашим советам?

— Ксения достаточно самостоятельная, ей особо не посоветуешь. Во многих вопросах она умнее меня, но каждый из нас должен сделать в жизни определенное количество ошибок, которое, собственно, и научит его жить. Советовать, пытаться уберечь — все бесполезно. Когда ей предложили вести программу, она спросила у меня, как быть, не надо? Я сказала: «Если ты хочешь работать на телевидении, то почему бы и нет».

— Что для Вас главное в семейной жизни?

— Доверие. При доверительных отношениях исключаются ревность, подозрительность, которые так мешают в совместной жизни. Мы с мужем сразу договорились, что ревности в нашей семье не будет. Мой муж талантливый актер и красивый мужчина, и на него, как и на меня, обрушивается колоссальное внимание. Вообще быть актрисой — это большое счастье, потому что все мои роли — это очень яркое дополнение к моей жизни. Вот и получается, что кроме своей жизни, я проживаю еще несколько судеб. С любовью, ненавистью, радостью, болью и возрождением.

— У Вас много поклонников?

— Мне все время объясняются в любви. Причем с каждым годом все больше и больше. Так что я уже утопаю в любви. А писем просто шквал. Причем и от мужчин, и от женщин. Поэтому я чувствую огромную ответственность перед поклонниками. И понимаю, что после этого я просто не имею права жаловаться ни на что, что бы у меня в жизни не случилось.

— Для многих Вы — идеал женской красоты. А как Вы сами относитесь к своей внешности?

— Мне многое не нравится в себе, и это естественно. И многое хотелось бы изменить. Но каждая неглупая женщина должна научиться свои недостатки обращать в достоинства. Когда я смотрю на себя в зеркало, мне кажется, что я даже интереснее становлюсь с годами. Мой внутренний мир находит более яркое выражение. Это лет в двадцать пять тебя должны одевать, подбирать прическу, искать тебе стиль. Потом ты уже есть, и в каком-то смысле даже неважно, как ты одета. Пусть будет немного немодно, но это должно быть твое. Должна проступать личность.

— Ваш любимый кутюрье?

— К моде я неравнодушна. Очень люблю красивые вещи и красиво одеваться. Считаю, что у меня есть свой стиль. Но любимых модельеров нет из-за того, что нет возможности приобретать очень дорогие вещи. Хотя очень нравится Соня Риккель. Ведущие кутюрье работают на очень богатых людей. У каждого из них можно найти красивые вещи — элегантные, современные, хулиганские. Иногда ведь хочется похулиганить, сменить имидж, как сейчас говорят, надеть что-то пестрое, вычурное. Но это быстро проходит. И потом красота — это не просто губки-глазки-ножки, а какой-то свет, идущий изнутри. Поэтому проблема не в том, чтобы сохранить внешность, а в том, чтобы не потерять этот лучик света.

— А у Вас были завистницы?

— Да, мне приходилось с этим сталкиваться. Правда, больше в молодости, когда я воспринимала человеческие отношения очень болезненно. Так случилось с фильмом «Д’Артаньян и три мушкетера». Меня почему-то изначально невзлюбили — не шили специально костюмы, не ставили под меня свет и даже не репетировали. Когда надо было снимать мою сцену, на площадку не пускали никого из партнеров. Говорили: вот, молодой человек, стул, на котором сидела Фрейндлих, обращайся мысленно к нему. Но работу надо было закончить, и я терпела. Например, после моего возвращения из Югославии, где я снималась, коллеги-актрисы даже ходили в бухгалтерию, чтобы узнать, сколько денег я получила. Но с годами я научилась мириться с обстоятельствами и больше ладить с людьми, пускай даже не очень доброжелательными. Я никому никогда не завидовала. Когда мне давали роль, и кто-то из актрис просил ее уступить, говоря, что мне дадут еще, я всегда соглашалась.

— Значит, Ваш характер закалился под гнетом обстоятельств?

— Мой характер мало изменился. Во мне мало феминистического. Я — слабая женщина, которая с удовольствием доверит бразды правления сильному, умному и надежному мужчине. Быть слабой — это естественное состояние женщины. И каждая настоящая женщина это чувствует и понимает. Если у женщины есть надежная защита, тога и появляется слабость, мягкость, нежность. Но если тебя никто не прикрывает, если тебе никто не помогает, приходится быть сильной. Ведь надо жить и кормить детей, надо заниматься делом. Я рано поняла, что не стоит страдать по поводу отсутствия работы. Из-за этого очень быстро разрушаешься. представляете, сколько я в «Ленкоме» не работала? Не всегда снималась в кино.

— А Вам не доводилось отбивать мужчину у своей подруги?

— Такого в моей жизни не было. В молодости, еще до замужества, на меня заглядывались чужие кавалеры, но я от этого только страдала. Как я уже говорила, я со школы была скромная девушка и верила, что поцелуюсь в первый раз только когда распишусь. И так и произошло.

— Годы Вас не пугают?

— И да, и нет. Когда я думаю об этом, то надеюсь на чудо. Умереть бы на сцене. Для моей профессии это было бы идеально. Но, к сожалению, я буду жить долго. Согнусь и буду ходить с палочкой, переживу все, что положено по возрасту.

— Вы занимаетесь хозяйством?

— Я ненавижу быт! Но не подумайте, я очень хорошо готовлю, все любят мою стряпню. По дому я все делаю сама. Правда, мне помогает муж. Ему, в отличие от меня, нравится заниматься хозяйством.

— Вы часто выступаете в Минске?

— Мне очень нравится Минск, ваша театральная публика. Открою маленький секрет: я очень люблю Беларусь, потому что моя мама белоруска, а значит, и я наполовину белоруска. Мне всегда очень хорошо работается у вас, поэтому всякий раз с удовольствием приезжаю в Беларусь. Мне кажется, что от матери я унаследовала свои лучшие качества.

— Ирина Ивановна, а можно Вас назвать счастливым человеком?

— Да! У меня есть любимая работа. У меня много желаний, я любима. Я знаю много людей, которые уже как бы не живут в пятьдесят, им уже ничего не надо. А я живу и радуюсь жизни, успехам дочери, мужа. У меня еще многое впереди!

Азар МЕХТИЕВ

Яндекс.Метрика